Живопись XVII в.

Диего Веласкес, «Сдача Бреды», «Менины»

Если говорить о Диего Веласкесе, то справедливо будет отметить, что в его творчестве испанский реализм XVII столетия достиг своей вершины. И это притом, что часто художник работал с материалом, дающим мало простора для эксперимента и раскрытия ярчайших граней таланта.

Начальное образование Веласкес получил в Севилье в мастерской Ф. де Эрреры Старшего. В восемнадцать лет ему было присвоено звание мастера, и до 1623 г. Веласкес оставался в родном городе. В этот период художник работает над рядом полотен, сюжеты для которых черпались из наблюдений над жизнью простых людей. Позже за севильскими картинами Веласкеса закрепилось общее название «бодегонес», или сценки из повседневной жизни; для испанской живописи «бодегонес» Веласкеса явились новаторским опытом, т. к. никогда прежде мастера искусства не затрагивали эту сторону действительности. Контрастирующие свет и тень, интерес к точной передаче внешних особенностей человеческого облика сближают ранние работы художника с полотнами школы Караваджо.

Около 1630 г. Веласкес побывал в Риме, где познакомился с произведениями великих мастеров, а оттуда снова вернулся в Испанию. Однако путь его лежал не в родную Севилью, а в Мадрид: художник был приглашен в королевский дворец, а вскоре Веласкеса назначили придворным живописцем короля Филиппа IV. С этого момента и на протяжении почти сорока лет основными работами Веласкеса становятся парадные портреты Филиппа, его приближенных и родных. Худшей участи для истинного таланта придумать невозможно. Однако и в таких условиях кисть не изменяет мастеру. Доведенная до совершенства техника письма позволяла Веласкесу запечатлеть на полотне не только внешний, но и внутренний облик человека, давая ему возможность с помощью художественных средств поведать о внутреннем мире изображенного на картине лица, иногда далеком от идеала. За внешне благовидными чертами проглядывала истинная сущность человека. Так, Филипп предстает перед нашими глазами малодушной и заурядной личностью, а Папа Иннокентий X – подозрительным и коварным пожилым мужчиной. Последний славился также и удивительной проницательностью. Недаром, увидев свой портрет, он воскликнул: «Чересчур правдиво!» Впрочем, работой художника Папа остался доволен.

Вернувшись из Италии и погрузившись в атмосферу королевского двора, Веласкес пишет одну из самых прославленных своих картин- «Менины». Действие, запечатленное на ней, происходит в одном из помещений дворца, превращенном в мастерскую живописца. В центре комнаты стоит маленькая белокурая принцесса Маргарита, которой одна из фрейлин подает кувшин с питьем. Другая фрейлина присела в почтительном поклоне. Сцена поднесения питья инфанте определяется дворцовым этикетом, строгим порядком церемонии и воспроизведена художником во всех деталях.

Молодых фрейлин, с детства служивших у принцессы, называли «менинами», отсюда название картины. Изображенная на полотне группа исполнена необычайной грации, а живая игра света и блеск красок придают ей вид изысканного цветника. Справа от принцессы – фигура любимой карлицы и мальчика-карлика, который толкает ногой большого сонного пса. Эта группа обрамляет центральную сцену справа. Слева изображена часть большого холста, повернутого к зрителю обратной стороной. Перед ним в задумчивости застыл живописец. Чуть дальше выделяются фигуры двух придворных, а в глубине картины, в дверном проеме, – силуэт еще одного человека, отводящего рукой занавес. Растворенная дверь углубляет пространство комнаты, оттуда струится свет, наполняющий комнату переливами красных, золотистых, розовых и зеленоватых тонов одежд. Стены комнаты украшены большими живописными полотнами. Почти все лица присутствующих обращены на зрителя.

Существуют различные толкования сюжета и жанра картины. Ее можно рассматривать как портрет инфанты Маргариты, младшей дочери короля, которая была всеобщей любимицей во дворце и всегда находилась в центре всеобщего внимания. Возможно, автор хотел представить одну из дворцовых сцен с инфантой, расширяя границы обычного портретного жанра. Но принцессу на картине окружают не просто придворные, а конкретные исторические лица, изображенные с достоверным сходством, и художник возле холста – это сам Веласкес. Все это позволяет говорить о картине как о групповом портрете.

Можно также рассматривать сюжет картины как одну из сцен повседневной дворцовой жизни или как творческий процесс создания живописного произведения. Но что изображает живописец, двойник Веласкеса, на огромном холсте? На кого направлены все взгляды присутствующих? Среди полотен, размещенных на дальней стене, одно словно светится изнутри. Это не картина, а зеркало, в котором отражается королевская чета, Филипп IV и Марианна Австрийская. Они незримо присутствуют за пределами картины, на них направлены почтительные взгляды придворных, в них, отступив от полотна, всматривается художник. Так художник расширяет сюжет картины, включая в реальное действие домысливаемый объект и самого зрителя. А сцена с инфантой становится лишь звеном в синтезе видимого и представляемого.

Среди всех действующих лиц живописец занимает довольно скромное положение, что соответствует его социальной роли, но то, что он изображен в процессе творчества, позволяет иначе взглянуть на его роль в общем замысле картины. Это благодаря ему все, изображенное на холсте, приобрело реальное существование. Он – истинный господин положения, а короли, призрачное отражение которых мерцает в зеркале, не являются высшей духовной силой и вынуждены быть лишь свидетелями триумфа Творчества. Великолепное разнообразие фигур, светлых и темных, обозначенных контуром и погруженных в полумрак, находится в зависимости от света и цвета, которые не только расставляют необходимые акценты, но и все объединяют.

Парадные портреты составляют основное наследие Веласкеса, но помимо них особое место в творчестве мастера занимают картины на религиозные темы и единственная работа на историческую тему «Сдача Бреды». Последняя – уникальный опыт для европейской живописи, поскольку принципы исторического жанра в изобразительном искусстве коренным образом переосмыслены художником.

Сюжет «Сдачи Бреды» посвящен эпизоду испано-нидерландской войны. Голландский гарнизон после длительного сопротивления передает испанскому главнокомандующему ключ от крепости. От Веласкеса, как от испанского художника, требовалось показать на примере этого эпизода прославление силы родного оружия, а вся сцена должна была предстать перед глазами зрителя как парадное зрелище триумфа. Ничего этого на картине нет. Действие показано живописцем с объективностью, доступной только кисти гения. Веласкес не стал образы голландцев умалять, а испанцев – превозносить. Отражение подлинности происходящих событий ставит его картину в один ряд с иными великими творениями.

Смысловой и композиционный центр полотна – передача ключей. Четко проработанная симметрия помогает создать иллюзию огромной пространственной глубины, передать поэтическое ощущение серебристого туманного утра. Но не только для этого уравновешивает Веласкес две части картины. Главное, что он хочет этим сказать, заключается в утверждении мысли, что любой побежденный имеет право на уважение, а победитель – на великодушие. Гуманистическая идея отличает «Сдачу Бреды» от предшествующих работ на исторические темы; движущей силой всего полотна становится человечность, а не желание воспеть победы испанского оружия.

Эта идея подкрепляется и особенностями техники исполнения. Веласкес с помощью света расставляет основные смысловые акценты действия – сам момент передачи ключа и изображения нескольких лиц простых воинов. Они представляют для художника огромный интерес. Веласкес стремится к максимально правдивой передаче характеров, переживаний через отражение эмоций. Все «подсвеченные» лица неповторимы и в то же время похожи друг на друга. Если поменять их местами, идея картины не изменится. И опять в картине возникает мотив равенства, отрицания превосходства одних над другими. Живописец заставляет задуматься над непреходящими ценностями, не занимая позиции ни одной из сторон. А на это способен только настоящий талант.



Комментарий: Ваше имя:

Ольга 26/01/2017

Нет главного. По закону того времени комендант крепости должен был, стоя на колене, передать ключи Спиноле. Но Спинола, проявляя уважение к равному по силе, не позволил стать на колено противнику.